Чем отличается криминалист от судмедэксперта

Судмедэксперт о своей работе: Привыкнуть к запахам и виду изуродованного тела невозможно

Чем отличается криминалист от судмедэксперта

Судмедэксперт – это не только трупы в моргах

«Обыватели представляют нашу специальность немного неправильно, все думают, что это морг и трупы. Однако на исследование трупов приходится около 30-40% всей нашей работы. Треть работы приходится на обследование потерпевших, обвиняемых и других лиц.

То есть к нам приходят люди, которые попали в трудную ситуацию: их избили, изнасиловали, они подозреваются в совершении какого-то преступления.

Таких людей направляют к нам, чтобы зафиксировать повреждения и определить степень вреда, причинённого здоровью», – рассказала Александра Голубева.

Основная работа судебного медицинского эксперта, пояснила медик, направлена на то, чтобы виновные были наказаны, а невиновные были оправданы.

Не важно, в каком подразделении ты работаешь, от работы сотрудников всех экспертных подразделений зависит, восторжествует ли Закон.

Практически все дела – уголовные, гражданские, административные, где речь идёт о жизни и здоровье гражданина, не обходятся без судебной медицинской экспертизы.

«Идя на вскрытие, судмедэксперт должен быть готов ко всему»

В судебной медицинской экспертизе всего четыре объекта: трупы, живые люди, материалы дел и вещественные доказательства. Вещественное доказательство – это предмет или объект, который сохранил на себе следы преступления, или он был применён с целью совершения преступления.

«Зачастую мы работаем в условиях, когда никакой предварительной информации нет.

За редким исключением, когда нам приносят постановления от следователя, где есть хоть какая-то информация об обстоятельствах произошедшего, но чаще всего мы ничего не знаем, как порой и следователь.

Просто на улице или в другом месте обнаружен труп человека, и никакой информации нет. Поэтому эксперт, идя на вскрытие, должен быть готов ко всему», – отметила Александра Голубева.

Исследовать трупы морально тяжело, но пропускать всё через себя нельзя

Она добавила, что привыкнуть к запахам и виду изуродованного тела невозможно, но ты всё равно ставишь какой-то барьер, потому что, если каждый случай, особенно в судебной экспертизе, будешь пропускать через себя, то, наверное, понадобится помощь психиатра.

«Это действительно тяжело. Очень тяжело исследовать трупы детей, особенно, когда ты понимаешь, что смерть этого ребёнка наступила по недосмотру взрослых», – подчеркнула врач.

Очередей на вскрытие нет

Судмедэксперт рассказала, что часто ритуальные компании пытаются заработать на родственниках умерших. Они говорят, что в морге очередь на вскрытие от одной до двух недель и предлагают за оплату «ускорить процесс». На самом же деле, никакой очереди нет и вскрытие проводят сразу же после поступления тела и направительного документа от правоохранительных органов.

Судебная медицина – мультидисциплинарная наука

«Судебная медицина – это мультидисциплинарная наука.

Судмедэксперт должен иметь очень большой объём знаний в разных областях, как медицинской науки, так и в области биологии, химии, генетики, криминалистики, физики и так далее.

Поэтому эксперт должен постоянно учиться! Наш главный инструмент – наш мозг и знания, способность мыслить, анализировать, синтезировать огромный объём информации и данных», – рассказала Александра Голубева.

Ещё такой врач должен обладать стрессоустойчивостью, потому что он общается с людьми, попавшими в трудную жизненную ситуацию. Людям важно знать, почему умер их близкий человек, чтобы перестать себя казнить.

Судебных медиков сегодня не принято уважать, как раньше

«Конечно, работа тяжёлая и физически, и психоэмоционально. Она вредная, так как происходит постоянный контакт с биологическими факторами, которые ты не можешь предусмотреть.

Мы работаем вслепую и никогда не знаем, какой труп нам привезут, и будет ли там бацилла туберкулёза, вирус СПИДа или что-то ещё… Наши лабораторные подразделения работают с агрессивными химическими веществами, органическими растворителями и проч.

Нам приходится ежедневно общаться с людьми, у которых горе. А ещё, как это ни грустно, судебных медиков сегодня, как и всех врачей, не принято уважать, как раньше.

Плюсы – это хороший социальный пакет: ранняя пенсия, так как год считается за полтора; короткий рабочий день – шесть часов; зарплата; длительный оплачиваемый отпуск – 50 календарных дней. Ещё можно из плюсов назвать моральное удовлетворение, когда ты хорошо сделал экспертизу, и она кому-то помогла. А ещё – у нас замечательный коллектив!» – поделилась судмедэксперт.

Как сообщалось ранее, начальник КГБУЗ «Владивостокское патологоанатомическое бюро», заведующий кафедрой патологической анатомии и судебной медицины, кандидат медицинских наук Евгений Коцюрбий рассказал об особенностях своей работы. Подробнее читайте: «Я не знаю патологоанатомов с эмоциональным выгоранием: мы — всегда оптимисты».

Источник: https://medrussia.org/19156-sudmedyekspert-o-svoey-rabote-privikn/

Профессия: судмедэксперт. «Мое основное место работы — морг»

Чем отличается криминалист от судмедэксперта

Профессия судмедэксперта обросла стереотипами. Отчасти они появляются из-за закрытости процесса работы, отчасти — благодаря кинематографу и сериалам о расследованиях ФБР. Когда мы представляем себе судмедэксперта, перед нами встает образ Декстера или огромного мужика со скальпелем над телом в промерзшем морге.

Фотографий с места работы специалиста по трупам, а также кровавых подробностей убийств и изнасилований в этом материале вы не найдете. Судмедэксперты «связаны» тайной следствия и этическим кодексом.

Но чем отличается «киношная картинка» от реальности, в чем на самом деле заключается работа и как с ней справляется женщина корреспонденту Properm.

ru рассказала врач и судебный медицинский эксперт Полина Головина.

— Полина, как ты выбрала такую редкую, особенно для девушки, профессию?

— Я рассматривала очень разные специальности, столько всего хотелось. Выбрала методом исключения. Очень хотела в хирургию, но по состоянию здоровья пришлось отказаться от этого варианта. Судмедэкспертизу я выбрала, потому что мне очень интересно докопаться до самой сути. Когда в академии был соответствующий курс, я подумала «почему бы и нет?». Устанавливать истину само по себе интересно.

— Где и сколько ты училась?

— Специальность я получила в Пермской государственной медицинской академии. Шесть лет обучения и один год интернатуры.

— Как твоя семья отреагировала на твой выбор?

— Для них это был шок. Потом привыкли. Наверное, расстроились, что я не смогу заниматься лечебной деятельностью.

— То есть отучившись шесть лет в медакадемии, ты не можешь работать врачом?

— У меня есть диплом врача, но он не дает мне права заниматься лечебной деятельностью. Должен быть сертификат специалиста по соответствующей специальности. Моя специальность — очень узкая. Сейчас я не могу пойти работать в поликлинику или стационар. Если я захочу стать другим врачом, мне надо будет переучиваться. В зависимости от специальности переподготовка займет минимум год.

Кадр из сериала «Следствие по телу».

— В чем ты видишь плюсы своей работы?

— Это достаточно специфичная профессия, но плюсы есть. Для меня плюс в том, что не надо общаться с людьми. Для врача общение с пациентом бывает достаточно проблемной стороной. Мы общаемся с правоохранительными органами, тут тоже есть свои тонкости. Еще один плюс — это заработная плата: она немного выше, чем оплата труда врачей некоторых клинических специальностей в госучреждениях.

— В чем наибольшая сложность твоей работы?

— Мне сложно и физически, и морально. Это физически тяжелая работа, особенно для женщины. Вскрытие требует большой силы. Кроме того, мы постоянно пишем и сидим за компютером. Объемы большие, усталость накапливается.

— Сколько длится рабочий день?

— Работаем в две смены по шесть часов, поскольку вредные условия. Иногда в рабочее время не укладываешься и приходится задерживаться.

— Что входит в обязанности судмедэксперта?

— У нас есть разные отделения: судебно-биологическое, судебно-гистологическое, судебно-химическое и другие. Специалисты этих направлений проводят различные лабораторные исследования. Моя специализация — экспертиза трупов. Основное место работы — морг.

Мы проводим экспертизу трупов, устанавливаем причину смерти. По совместительству это работа на месте происшествия. Во время дежурства мы выезжаем на вызов, осматриваем тело, устанавливаем давность наступления смерти и другие обстоятельства произошедшего.

Работаем в составе следственной оперативной группы, со следователем и криминалистом.

Кадр из сериала «Следствие по телу».

— Вы исследуете тела не только убитых людей?

— Да, мы также исследуем тела погибших от различных травм и заболеваний. Если человек умер вне больницы или если в больнице ему не успели поставить точный диагноз — работаем мы.

В других случаях вскрытием занимается патологоанатом, который подробно разбирается в истории болезни и в том, какое лечение проводилось.

Если есть подозрение на криминал или несчастный случай, в том числе ДТП и отравление, то тела направляют к нам.

— Где приходилось «работать на месте»?

— Бывают очень разные несчастные случаи, и места, где мы бываем, тоже разные. Бывает, что тело извлекают из воды. Если произошел пожар, приходится пробираться до объекта по обломкам.

— Входит ли в твои обязанности работа с потерпевшими?

— Это бывает очень редко, во время дежурства. Экспертиза потерпевших и подозреваемых входит в обязанности сотрудников другого отдела. Работа, видимо, накладывает свой отпечаток: с людьми общаться мне морально достаточно тяжело. Особенно, в тяжелых ситуациях. Для меня это сложнее, чем работать с мертвыми.

— Чаще судмедэкспертами работают мужчины?

— Больше, конечно, мужчин, но и женщины есть. В последнее время девушки приходят.

— В чем заключается вредность работы?

— Работа с биологическим материалом предполагает опасность заражения инфекциями. Туберкулез, ВИЧ. Естественно, мы используем средства защиты. Но главное — формалин. Он используется в больших количествах и вызывает аллергические реакции, которые могут развиться до бронхиальной астмы. Через два года работы у меня началась аллергия, я уже обследуюсь и лечусь.

Кадр из сериала «Следствие по телу».

— Существует огромное количество стереотипов. Например, что люди, которые работают в морге, могут спокойно есть рядом с телом. Как на самом деле?

— Это ни к чему, у нас такого не бывает. Да, к работе своей мы относимся спокойно. Если принимать близко к сердцу любую ситуацию и сам факт смерти, то это, как минимум, помешает работе. Во-вторых, долго не выдержишь. Если реагировать на каждый случай, то эмоционально выгоришь и получишь нервный срыв. Эмоции уходят на второй план, остается только работа.

— Можно ли сказать, что судмедэксперты бесчувственны и циничны?

— Изначально это люди эмоционально устойчивые. Не каждый выберет себе такую специальность, не каждый захочет находиться в морге даже короткое время. Но сказать, что судмедэксперты бесчувственны, нельзя. Мои коллеги — очень позитивные, дружелюбные и отзывчивые люди.

— Как ты себя чувствуешь, когда кто-то спрашивает тебя, кем ты работаешь?

— Я не афиширую свою профессию. Но если кто-то интересуется, отвечаю. Я этого не стесняюсь, у меня нет какого-то дискомфорта. Это достойная специальность, и таких специалистов мало. Сама по себе эта работа требует познаний во многих областях. Здесь необходимо клиническое мышление, знание анатомии, патологии различных органов.

— Как ты относишься к шуткам про судмедэкспертов и патологоанатомов?

— Мои знакомые, когда находят что-то в интернете, мне всегда их присылают. Есть и смешные шутки.

— Судмедэксперты — верующие люди?

— Сложно сказать за всех. Какие-то моменты нашей работы заставляют задуматься о том, что будет с нами потом. Когда постоянно видишь смерть, то начинаешь задумываться, что что-то там есть. Я думаю, среди нас есть разные люди — верующие и неверующие. Не думаю, что это зависит от нашей специальности. Все-таки мы воспринимаем это как работу.

— Какие фильмы и сериалы про судмедэкспертов ты смотрела? Сильно ли кино отличается от реальности?

— Я смотрела только «Декстера». Что-то общее, конечно, есть. Декстер — криминалист, не врач. Он специалист по брызгам крови, но попутно делает какие-то генетические исследования. Не знаю как это все сразу совмещается. Судебная генетика — это одно из наших отделений, там работают врачи. То, что показывают в сериалах, чаще всего не соответствует действительности.

Кадр из сериала «Декстер».

— Домой работу не приносишь?

— Бывает, что прихожу домой и анализирую. Особенно, если какой-то сложный случай.

— Кошмары не снятся?

— Снятся. Чаще всего мне снится работа, и это очень утомляет. Я стараюсь забыть, а мне снится.

— А люди, чьи тела ты исследуешь, снятся?

— Нет. Я их никогда не знала. К тому же очень редко помнишь лица. Только какие-то случаи.

— Как ты снимаешь стресс?

— Стараюсь забыть о работе, это очень важно, как для любого другого человека. Пытаюсь расслабляться, просто побыв дома одной, или провожу время с друзьями. Я занимаюсь спортивными бальными танцами, которые тоже требуют физической силы и времени. Это спорт и тяжелые тренировки, но это красиво. Занимаюсь год и когда прихожу на тренировку — про все забываю.

Кадр из сериала «Следствие по телу».

Источник: https://properm.ru/news/society/114257/

Профессия — Судмедэксперт, криминалист

Чем отличается криминалист от судмедэксперта

Специальности: судебно-медицинская экспертиза, правоведение, а также получаемые в  отдельных негосударственных  юридических вузах «уголовный процесс, криминалистика, судебная экспертиза, оперативно-розыскная деятельность»

Специфические способности, необходимые для успешного освоения профессии:

Для судмедэксперта – все качества, присущие медицинскому работнику; для криминалиста же в первую очередь нужны задатки ученого в сфере естественных наук и юриста.

Профилирующие предметы школьной программы:

См. Врач/юрист

Характер и содержание работы:

Сбор, закрепление, хранение и представление доказательств для следствия и суда.

Очевидные плюсы

Самостоятельность и высокая степень независимости в работе, решение сложных научных и экспертных задач, достаточно высокий уровень доходов, постоянное общение с разными людьми.

«Подводные камни», очевидные минусы

Сложность значительной части работы, высокая степень профессиональной ответственности, необходимость соблюдения требований корпоративной этики, узкий профессиональный круг общения, для криминалистов – служба в полувоенной централизованной организации со своей формой и уставом, необходимость соблюдения требований формальной дисциплины

Возможные профессиональные заболевания: нервные расстройства, опасность сердечно-сосудистых заболеваний возможны заболевания опорно-двигательного аппарата, остеохондроз, гиподинамия, ишемическая болезнь сердца, другие нарушения, вызванные сидячим и малоподвижным образом жизни.

Вилка зарплаты (в рублях в среднем в месяц):

судмедэксперт в Москве и Московской области: от 40 тыс. рублей;

в крупных областных центрах: 20–30 тыс. рублей;

в отдалённых и сельских районах России – 15–25 тыс. рублей;

криминалист в Москве и Московской области: 25–40 тыс. рублей;

в крупных областных центрах: 20–30 тыс. рублей;

в отдалённых и сельских районах России – 15–25 тыс. рублей.

У судмедэкспертов и криминалистов различий гораздо больше, чем сходства. Тем не менее, есть очень важное обстоятельство, которое позволяет говорить об этих специальностях в одной статье.

Смысл их работы – в проведении экспертизы, анализе обстоятельств и даче компетентного заключения, имеющего силу доказательства в суде, в органах государственной власти и управления, в коммерческих структурах, принимающих то или иное решение. Работают они тоже часто плечом к плечу, рассматривая одно и то же событие со своих специфических точек зрения – медицинской и криминалистической.

Судмедэксперт – специалист по проведению судебно-медицинской экспертизы. К их числу относятся: судебно-медицинское исследование трупов, судебно-медицинское освидетельствование живых лиц, судебно-медицинское исследование вещественных доказательств (крови, волос и.т.д.

), судебно-психиатрическая, судебно-психологическая, и даже судебная психолого-психиатрическая.

В соответствии с Законом РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» «Судебная экспертиза – процессуальное действие, состоящее из проведения исследований и дачи заключения экспертом по вопросам, разрешение которых требует специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла, и которые поставлены перед экспертом судом, судьёй, органом дознания, лицом, производящим дознание, следователем [или прокурором], в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу».

Какие только вопросы не выносятся на судебно-медицинскую экспертизу.

Определение тяжести повреждения здоровья при ДТП, причина смерти ребенка, установление причинной связи между заболеванием и избиением, проверки прижизненного диагноза уже умершему человеку по документам, экспертиза отцовства, анализ высохшей крови на вероятность наличия ракового заболевания, определение вероятности сожжения живого человека по обгоревшим фрагментам тела (сожгли тело уже умершего человека или он был еще жив?), или – «Помогите разобраться, может ли «косой перелом основной фаланги 4-го пальца стопы с незначительным смещением» быть получен вследствии падения на ногу тяжелого предмета (например телевизор), а также вследствии спотыкания, также удара о какой-либо твердый предмет?». Опознать человека, определить отцовство, проверить кровь на наличие алкоголя и наркотиков могут только судмедэксперты. Поэтому судебная экспертиза – незаменимый помощник прокуратуры и УВД.

Судмедэксперт – специалист высочайшего уровня. Да, он не в курсе последних изменений на лекарственном рынке, но это и не его работа – выписывать таблетки. Одна из хороших вакансий – работа в страховой компании, который требуются настоящие профессионалы.

Например, Росгосстрах – крупнейшая в России страховая компания, которая оказывает существенное влияние на формирование страхового рынка и представляет собой вертикально интегрированный холдинг. В его состав входит ООО «РГС-Медицина», осуществляющей операции по обязательному медицинскому страхованию.

Росгосстрах приглашает на работу специалистов с высшим медицинским образованием. Наибольший интерес представляют эксперты в области судебной медицины.

Как попадают в эту сферу, как становятся судмедэкспертом? Стандартный путь – от работы ночного санитара.

Это – тяжелая и непростая работа, но настоящий специалист должен владеть всеми нюансами своей профессии, знать «от нуля» как она организована.

И, как правило, единственный путь – это собственный опыт, личная практика, прохождение всей карьерной лестницы от самого низшего звена: морг, бюро судебной медицины области.

Медицинская экспертиза и право – обязательные предметы для студентов старших курсов педиатрического и лечебного факультета. Как правило, каждого учащегося привлекают к осмотру мертвых тел и мест происшествий.

В ряде медицинских вузов предусмотрена такая практическая подготовка, ведь следователь для освидетельствования, исследования мертвых тел может пригласить любого врача, выпускника педиатрического или лечебного факультета.

Профессия судмедэксперта требует особых качеств. «Судебный врач должен быть философом, медиком, хирургом и юристом», – говорил судебный медик XIX века Мухин. В дипломе специальность судмедэксперта не указывается; там стоит «лечебное дело».

После окончания института должна последовать интернату́ра (лат.

 internus – внутренний) – первичная одногодичная последипломная специализация выпускников медицинских институтов по одной из врачебных профессий после сдачи государственных экзаменов, на базе лечебно-профилактических учреждений под наблюдением и руководством соответствующей кафедры вуза. Проходящие интернатуру называются интернами.

Окончившим интернатуру вручается удостоверение о присвоении звания врача-специалиста. Только после интернатуры можно стать судмедэкспертом. По мнению самих специалистов, высказанному на форуме в Интернете «в общем и целом ваше обучение и приобретение опыта зависит от вашей собственной активности».

Специалистов в этой сфере немного и они хорошо знают друг друга – им приходится общаться между собой на профессиональный темы, обсуждать наиболее сложные случаи. Многие из них благодаря большому объему практической работы выходят на защиту кандидатских диссертаций с весьма актуальными темами судебной медицины.

Вот наугад взятые названия нескольких авторефератов: «Морфологические изменения щитовидной железы у лиц мужского пола, употреблявших наркотические вещества»; «Изучение аналитических характеристик молекулярно-генетических индивидуализирующих систем в аспекте судебно-экспертного типирования ДНК»; Критерии экспертной оценки профессиональных ошибок и дефектов оказания медицинской помощи на всех этапах стоматологического лечения»; «Применение азидных производных в консервации биологического материала»; «Судебно-медицинское определение давности переломов рёбер»; «Гистомор-фологические изменения щитовидной железы при смерти в очаге пожара»; «Отношение к врачебным ошибкам и социальные пути их предупреждения»; «Судебно-медицинская оценка особенностей резаных ран в зависимости от конструкции лезвия и условий травмирования».

Активно сотрудничают между собой судебно-медицинские организации и специалисты и на международном уровне. Систематически организуются конференции, семинары и встречи, на которых специалисты делятся практическим опытом, обсуждают сложные вопросы.

Криминалистами становятся примерно также. Целенаправленно их готовят в институтах МВД РФ, но оказаться в числе группы криминалистов при районном или городском отделе внутренних дел достаточно просто. Здесь точно также «… обучение и приобретение опыта зависит от вашей собственной активности».

Криминалист (от лат. criminalis – преступный, относящийся к преступлению) – в узком смысле слова специалист в области криминалистики. Криминалистика (от лат.

 criminalis – преступный, относящийся к преступлению) – наука о раскрытии преступлений, исследующая закономерности приготовления, совершения и сокрытия преступления, возникновения и существования его следов, собирания, исследования, оценки и использования судебных доказательств, а так же разрабатывающая систему основанных на познании этих закономерностей специальных приёмов, методов и средств, применяемых в ходе предварительного следствия для предупреждения, раскрытия и расследования преступлений, а также при рассмотрении уголовных дел в судах.

Дальше идет перечень криминалистических экспертиз, которые проводятся специалистами-криминалистами:

а) автороведческая, баллистическая, почерковедческая (графология), портретная, технико-криминалистическая документов, экспертиза холодного оружия и трасологическая (объектом являются любые следы, которые необходимо исследовать, можно отнести экспертизу следов ног человека, исследование замков, пломб, следов орудий взлома и инструментом, исследование следов транспортных средств, экспертиза механических повреждения одежды и др.);

б) видеофонографическая, взрывотехническая, фототехническая, экспертиза восстановления уничтоженных маркировочных обозначений;

в) экспертиза объектов волокнистой породы, лакокрасочных материалов и покрытий, нефтепродуктов и горюче-смазочных материалов, стекла, металлов, сплавов, полимерных материалов, наркотических и психотропных веществ, спиртосодержащих жидкостей, парфюмерных и косметических средств.

Как правило, все эти экспертизы настолько специфичны с точки зрения их организации, технического обеспечения, применяемых методов исследования и опыта самого криминалиста, что все они превращаются в отдельные специальности. И криминалист-трасолог не может заменить криминалиста-химика.

Карьера криминалиста начинается с работы в ЭКО – экспертно-криминалистическом отделе, который существует при каждом районном отделе внутренних дел.

Как правило, специалисты этого отдела выезжают на место преступлениия вместе со следователем, дело которого – составить необходимые документы о происшествии, возможном возбуждении уголовного дела.

Криминалист выезжает на место преступления со служебным чемоданчиком, в котором обычно лежат часы, фонарик, фотоаппарат, слесарные инструменты, перчатки, вата, гипс, кисточки и порошки, пузырьки, ванночки и пленки.

Все эти орудия служат лишь дополнение к мастерству самого эксперта-криминалиста. Благодаря своему опыту криминалист умеет «разговаривать» с вещами и восстанавливать по ним историю происшедшего: именно так удается раскрыть преступление и восстановить справедливость.

Какое бы преступление ни случилось – обязанность криминалиста – правильно представить себе происходившие события, отыскать следы действий преступника или преступников и максимально полно зафиксировать их специальным образом.

Первым делом необходимо найти отпечатки пальцев – возможные места касания преступника каких-либо вещей посыпаются специальным магнитным порошком, излишки его снимаются кисточкой, выявленные отпечатки переснимаются специальной липкой лентой, в крайнем случае – скотчем.

Нужно обнаружить орудия преступления и принять меры к их сохранению, если при этом стреляли – нужно найти гильзы и пули (в помещении надо внимательно обследовать стены, пол и потолок, чтобы найти следы пуль и попытаться найти саму пулю, которая из-за рикошетов может оказаться в самом неожиданном месте).

Не один час уходит на полное и внимательное обследование всех вещей и предметов, которые обнаружены на месте преступления. Именно эксперт-криминалист помогает следователю восстановить полную картину совершения преступления и правильно оценить роль каждого из участников.

Высокий профессионализм проявляется именно в тщательности осмотра, и ещё – в особом интуитивном чувстве «угадывания», позволяющем чтобы сэкономить силы и время. В основе этого – практический опыт.

Если на полу обнаружен след человеческой ступни большого размера, профессионал предположит, что преступник был, скорее всего, очень высокого роста, и потому мог вполне оставить отпечатки своих пальцев на высоте, недоступной для нормального человека.

Проверил криминалист стены под самым потолком и обнаружил в двух местах случайно коснувшиеся их бандитские пальцы.

Или – вор залез в квартиру через окно, стекла мокрые от дождя, кажется – какие на таком стекле могут быть следы? Только опытный эксперт вынет стекло, занесёт в помещение, подождёт, пока оно высохнет, чтобы зачастую получить вполне пригодные для идентификации отпечатки пальцев. Время сохранения отпечатков на поверхности зависит во многом от окружающих условий: если на улице в сырую погоду они могут сохраняться не более часа, то в квартире при постоянной температуре – до года.

За последние годы кино и телевидение сделали многое для того, чтобы подробно показать работу судмедэксперта и криминалиста, сделать их популярными, вызвать уважение и интерес к их работе. Как  и на телеэкране, в их работе есть творческий поиск, разгадывание сложных картин преступлений и вдохновение.

Но на первом месте всегда стоит тяжелый и часто неблагодарный труд, скрупулезная работа по поиску истины. Далеко не всегда этот труд получает адекватную оценку. Но в их жизни есть и благодарность людей, которым оказана помощь или в отношении которых восстановлена справедливость, а также – уважение и признание коллег по цеху.

А это – дорогого стоит!

Источник: http://yaspecialist.ru/organy-vnutrennix-del/professiya-sudmedekspert-kriminalist.html

Профессия: судмедэксперт

Чем отличается криминалист от судмедэксперта

Холодный свет галогеновых ламп, отражающийся от кафельных стен и пола, блеск стальных инструментов и мертвая тишина прозекторской. Или — машины с мигалками, толпы зевак и бездыханное тело на асфальте. Примерно так обыватель представляет себе будни представителей одной из самых необычных медицинских специальностей — судебно-медицинских экспертов.

Существует мнение, что в эту профессию идут законченные циники или те, кто когда-то в университете «испугался» живых пациентов. А еще — что именно эти врачи самые проницательные из всех. Именно им нередко доводится распутывать настоящие детективные загадки — ведь, как поговаривал незабвенный доктор Хаус, «все лгут», особенно когда речь заходит о криминальных историях.

Так ли это — рассказывает Алина Дейнега (Норильск),
судебно-медицинский эксперт 2-й квалификационной категории.

О «странном» выборе специальности

Так вышло, что я сама в детстве немало времени провела в больницах. Познакомилась, можно сказать, изнутри со всей «кухней» и просто выбрала свой «холодный цех».

Если серьезно, никогда не могла себя представить в кабинете с медсестрой, выписывающей справки и рецепты…

Да и в какой-то мере пугает срочность принятия решения: осмотрел пациента — и нужно тут же поставить диагноз и назначить лечение.

А в моей профессии торопиться уже некуда. Не то что я в черепашьем темпе провожу свои исследования и оформляю экспертизы, но время все проанализировать — есть.

Наверное, как раз возможность ювелирного анализа меня и привлекла: здесь ты обязан много знать и каждый раз искать индивидуальный подход к применению своих навыков и знаний.

Ну и, конечно, некоторую роль сыграло самолюбие, ведь мало кто допущен к месту моей работы, а я еще и участвую в следственных мероприятиях.

О путанице в названиях профессий

Обывателям непросто понять, чем отличаются патологоанатом, судмедэксперт и криминалист, и часто люди используют эти слова как синонимы. На деле же речь идет о трех разных профессиях.

Патологоанатомы работают на базе больницы и выясняют, почему умер пациент. Патологоанатом не несет уголовной ответственности за возможные ошибки в работе, ведь врачи обычно не наносят умышленного вреда здоровью человека.

А судебно-медицинская служба в России является отдельной организацией.

Судмедэксперты проводят исследования трупов людей, умерших вне стен больничного учреждения, например дома, а также тех, кто умер в стационаре не более чем за сутки после поступления (это подразумевает, что гибель произошла вне зависимости от работы врачей).

Ну и, разумеется, мы исследуем тех, у кого имеется подозрение на насильственную смерть — т. е. смерть в результате преступных действий или, например, отравления или дорожно-транспортных происшествий.

Судмедэксперты работают и с живыми людьми — это называется «экспертиза живых лиц» (потерпевших, подозреваемых и т. д.). К примеру, если один из супругов в конфликте применил физическую силу, второй идет «снимать побои» именно к нам. Вред здоровью в таком случае определяют судмедэксперты, а наказание — суд.

А вот изучением вещественных улик (например ножа, которым был убит человек) занимается врач-криминалист, он устанавливает соответствие между раной на теле трупа и конкретным орудием преступления.

У юристов, кстати, тоже есть свои криминалисты, но это совсем другая сфера деятельности.

Речь идет о тех самых людях, которые в детективных сериалах с серьезным видом водят кисточками с белым или черным порошком по дверям, косякам и зеркалам в поисках отпечатков пальцев, фотографируют трупы и собирают окурки в стерильные пакетики.

Их роль крайне важна для работы судебно-медицинской службы при опознании трупов неизвестных людей, ибо именно они имеют доступ к базам данных по отпечаткам пальцев и дактилоскопируют трупы для выяснения личности.

О секретах мертвого тела

Мы, судмедэксперты, тоже выезжаем на место, где был обнаружен труп, — чтобы установить время наступления смерти. Как только следователь и криминалист заканчивают свою работу, я начинаю свою.

На месте происшествия моей главной задачей является определение давности наступления смерти, ведь от этого может зависеть оперативность следственных мероприятий по розыску преступников.

Например, если прошло не более 2-3-х часов, шанс разыскать преступника выше, опрос соседей целесообразнее провести незамедлительно – есть шанс узнать, слышали ли они какой-то шум в квартире пару часов назад или, может, видели кого на лестничной клетке в определенный промежуток времени.

А иногда, наоборот, опрос соседей и родственников помогает в определении давности наступления смерти, например когда труп явно “не свежий” (через три или пять дней с момента смерти он выглядит практически одинаково): можно узнать когда погибшего последний раз видели или разговаривали с ним по телефону.

Это как предсмертные записки возле тел самоубийц – всегда дает подсказку, но конечно не является основополагающим в вопросе определения причины смерти.

Чтобы узнать, когда умер человек, надо, говоря простым языком, ударить его по руке и проткнуть печень. Если по-научному — определить высоту идиомускулярной опухоли и измерить печеночную температуру.

В первом случае речь идет о проверке способности мышц сокращаться — с каждым часом после смерти такая опухоль под кожей будет заметна все меньше. А печеночная температура подсказывает, когда тело начало остывать. Поэтому мы делаем прокол в правом подреберье и измеряем температуру специальным градусником. Обычно всего этого достаточно, чтобы установить время смерти.

О романтике, рутине и детективных историях

Многие из моих знакомых думают, что детективное расследование — крайне увлекательная вещь. На самом деле в работе правоохранительных органов нет никакой романтики, одна рутина, оттого наша работа постепенно теряет какой-то шарм.

Поначалу, конечно, фантазируешь, что с твоей помощью справедливость восторжествует.

Но со временем понимаешь, что значение твоя работа приобретает лишь в том случае, если складывается общая картина преступления и твое заключение ее не портит.

В большинстве случаев, чтобы отстоять свое заключение, приходится дать не одно объяснение недоверчивым работникам прокуратуры о том, например, что иных обстоятельств причинения повреждений быть не может.

Чтобы было понятнее, приведу пример. Двое друзей занимаются каким-либо видом единоборства и однажды решают устроить тренировочный бой вне спортзала. В результате один ломает челюсть второму. Тот, естественно, обращается в больницу.

И даже если такой больной отказывается рассказать, как произошла травма, врач обязан сообщить о данном случае в полицию: дело в том, что здоровый человек попросту не может получить перелом челюсти при падении или еще каким-то «невинным» образом.

Полиция допросит пациента и обратится за экспертным мнением ко мне. Я же в свою очередь опишу механизм образования перелома челюсти: удар ограниченным тупым твердым предметом, возможно кулаком.

Если больной будет упираться, не желая подводить друга, ко мне начнутся визиты за объяснениями: а не мог ли он все-таки получить травму самостоятельно, ударившись об дверной косяк или поскользнувшись в ванной?..

И так до бесконечности, пока сам пострадавший не устанет от постоянных визитов полиции или его «обидчик» во всем не признается. Ну и какая тут романтика? Рутина!

Что же до популярных телесериалов и книг, то таких, где бы в полной мере отражалась наша работа, я не видела — ни среди отечественных, ни среди зарубежных (хотя смотрела и читала их немало). Всё всегда выглядит очень утрировано, и каждый автор пытается взвалить на плечи судмедэксперта работу целых подразделений.

Единственное, что произвело на меня хорошее впечатление, — роман, написанный Александрой Марининой при участии моего коллеги, прекрасного специалиста, там отражена суть нашей профессии. Называется он «Оборванные нити» — все изложено доступным языком и достаточно правдиво, но, конечно, тоже не в точности отображает процесс работы, иначе читатель бы заскучал.

О распорядке дня

Рабочий день в морге начинается с того, что заведующий отделением распределяет предстоящие экспертизы трупов врачам-судмедэкспертам.

Потом санитары подготавливают труп к исследованию — раздевают, проверяют карманы на наличие ценностей, которые медрегистраторы упаковывают и передают для выдачи родственникам.

Далее происходит непосредственно исследование и оформление медицинского свидетельства о смерти.

Рабочий день в морге составляет всего 6 часов — с 9:00 до 15:00. Во время исследования мы забираем биологический материал для дальнейших химико-лабораторных, гистологических и медико-криминалистических исследований. В разных случаях смерти объем таких анализов разный. После получения всех результатов составляем заключение о причине смерти.

Важно знать, что оформленные документы по результатам экспертизы мы выдаем только представителям правоохранительных органов.

Но иногда родственники также хотят пообщаться с судмедэкспертом, чтобы узнать о причине смерти погибшего человека. Это допускается, но только в устной форме — и только в виде предварительных предположений.

Со всеми официальными заключениями родственники могут ознакомиться уже в полиции.

О цене врачебной ошибки

Присказка о том, что врач нашей специальности больному хуже не сделает, вполне справедлива. Но при этом ценой ошибки судмедэксперта является уголовное наказание, поэтому я и мои коллеги совершенно не заинтересованы в искажении фактов.

И сколько бы ни обвиняли нас (а такое случается нередко!) в подыгрывании следствию или полиции, ничего такого быть не может, это предусмотрено Уголовным кодексом. Кроме того, существует федеральный закон, по которому лицо, оказывающее давление на эксперта, тоже подлежит уголовной ответственности.

Об отношениях с коллегами

Очень огорчает, что цикл судебной медицины в университете у врачей других специальностей обычно проходит «мимо ушей». Как результат — практикующие доктора не могут грамотно описать повреждения на теле больного, что крайне важно для нашей работы. Например, при медицинской экспертизе документов, когда мы помогаем следствию разобраться в какой-то истории «по запутанным бумажным следам».

Иногда врачи, которые лечили умершего больного, все-таки приходят на вскрытие, наблюдают за работой, интересуются заключением и наличием каких-то моментов, которые они могли упустить. Неслучайно же морг называют местом, где мертвые учат живых.

Мы и сами консультируемся с докторами при проведении экспертизы живых лиц. Например, травматологи подсказывают нам степени ограничения функции конечности в результате травмы, а рентгенологи подтверждают наличие или отсутствие перелома.

Об умении переключаться

Философские мысли о жизни и смерти меня посещают нечасто — насчет специфики своей работы я вообще не слишком переживаю. Наверное, такова особенность моей натуры — и, значит, я правильно выбрала профессию.

Хорошо помню свое первое исследование — когда держала в руке сердце и понимала, что оно — именно человеческое и совсем недавно еще билось…

Трупы детей мне приходилось вскрывать редко — но это вопрос опыта, а не моральной устойчивости.

В таких случаях, конечно, переживаешь, но в основном от того, что боишься совершить ошибку: разобраться с причинами смерти маленького человека — наиболее ответственная часть нашей работы.

Я много путешествую, но не потому, что мне хочется уехать подальше от «страшной работы» и сменить обстановку.

Просто в Норильске жить вообще непросто, и отдохнуть хочется от города, а не от профессиональной деятельности.

Напротив, куда бы я ни уехала, я постоянно думаю о работе и предвкушаю задачи, которые ожидают меня после возвращения. Это такая бесконечная головоломка, которую всегда интересно распутывать.

Ольга Кашубина

Фото thinkstockphotos.com

Источник: https://apteka.ru/blog/articles/avtorskie-kolonki/professiya-sudmedekspert5f322c1607642248c30e56b4/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.